четверг, 14 февраля 2013 г.

Стоит ли дружить с «биченятами»?


(истории мамы, которая взялась за ум)

-          Мам, можно ко мне в гости друзья придут?
-          Какие?
-          Имен не помню, но вы с бабушкой называете их биченятами.
На последней фразе «биченята» в количестве шести голов, совершенно не смущаясь, в отличие от меня, по поводу данного им определения, уже вломились в квартиру. Это были дети из «неблагополучных семей», проживающие в общежитии поблизости.
Скажу откровенно, мне не нравится такая компания для сына: считаю ее небезопасной. Эти ребята в свои шесть уже пробовали курить, были замечены в воровстве, а также совершенно спокойно, ни у кого не спрашивая разрешения (а просто потому, что не у кого), перемещаются по поселку, захаживают на берег, свалку, крыши домов, в лес.
Гриша – домашний ребенок, делающий первые самостоятельные шаги в большой мир, который твердо знает, что ему позволительно бывать только рядом с домом, однажды-таки поддался уговорам и пустился в одно из опасных путешествий. Не буду рассказывать, сколько валерьянки пришлось выпить бабушке, которая в то время оставалась с внуком и насколько суровое наказание настигло Гришу. Стало ясно, что ребенок еще не научился не поддаваться чужому влиянию, а интересы этих друзей не совпадают с моим видением того, что можно, а что нет, мальчику его возраста.
ххх
- Артем и Денис есть хотят! – объявил Гриша, за которым во время одной из прогулок увязалась голодная парочка.
Мой сын с удовольствием кормил ребят печеньем, однако, когда оно закончилось, пацаны принялись кидать в него камнями с требованием принести еще. Когда я стала объяснять, что такого рода рэкет нужно пресекать на корню, узнала, что кто-то из старших пацанов уже требовал у него деньги, которые Гришка должен был попросить якобы на шоколадку. Добился тот своего или нет (я иногда даю сыну мелочь, которую он самостоятельно тратит в магазине поблизости), а так же, кто этот юный бандит, мне, к сожалению, выяснить не удалось. Снова пришлось гулять вместе с сыном.  Наблюдая за ходом прогулок, я еще больше укоренилась во мнении, что есть ребята, которых я не хочу видеть рядом со своим ребенком, и увы, почти все они - выходцы из этих самых «общаг».
Тут я испытала конфликт собственного гуманизма, сострадания и жалости к ни в чем не повинным детям с материнской заботой, которая видела в них агрессивную среду для Гриши. В тоже время для меня важно воспитать человека, который видит в ближнем его личность, а не ярлык, сформированный рваной одеждой, голодными глазами и вечно пьяной мамой (или напротив – дорогой, но никчемной оберткой).
ххх
В детстве я регулярно отдавала свои игрушки нищей монгольской девочке Саре, которая вместе с родителями жила на стройке. Помню, как у меня сжималось сердце при мысли, что у нее нет того, что есть у меня… А еще дружила с Олей с которой нам было откровенно не о чем поговорить, но я понимала, как они вместе с младшими братом и сестрой любят у нас ужинать. И хотя Оля, благодаря отчиму-негодяю знала больше, чем следовало, о взрослой жизни, я не могу сказать, что общение с ней мне как-то навредило. Я демонстративно держалась за руку с одной из своих «неблагополучных» подружек, которую все вокруг дразнили Чесоткой. Надеялась таким образом поддержать ее в глазах детского коллектива, в который просочилась медицинская тайна. И пусть после таких прогулок я часами терла ладошки хозяйственным мылом, мне хотелось, чтобы подруга чувствовала себя не хуже других. Я поразительно часто оказывалась в компании ребят, с которыми другим водиться запрещали, так как видела в этом вселенскую несправедливость. Дружила с учениками вспомогательных классов, которые в девяностые пышным цветом расцвели по всей стране, сломав тысячи детских судеб. И уже тогда поняла, что ярлыки «дебил», «малолетний преступник», «сын алкоголиков» вовсе не означают, что человек не чувствует и не разумеет, что к нему нельзя приближаться и, как правило, навешиваются на тех, за кого некому заступиться…
Так чего ж удивляться тому, что мой сын оказался в подобной компании?  
ххх
- Мама, можно мы поиграем в зале?
- Нет, выходить из комнаты нельзя, - ответила я, стараясь скрыть раздражение, которое то и дело накатывало в адрес одного из Гришиных гостей.
Дело в том, что накануне на прогулке этот мальчик стащил у моего сына игрушку. А после, без зазрения совести присоединился к компании «биченят», завалившей в гости. И теперь толпа с горящими от восторга глазами накинулась на короб сокровищ детской комнаты.
- Мам, ну почему? – недоумевал ребенок, для которого показалось странным, что вдруг стало нельзя перемещаться по собственной квартире.
- Гриша, как минимум один из твоих друзей – вор, и я не хочу, чтобы в доме что-нибудь пропало…
Мальчик, о котором шла речь, тут же себя узнал, густо покраснел и ушел восвояси.
Мне было жаль его, но, возможно, это послужит ему уроком. Хотя украденную игрушку пацан все же не вернул. Но важнее было обозначить мое отношение к воровству для Гриши.
ххх
Прислушиваясь к дальнейшей игре, я заметила, как трогательно и ответственно один из гостей относится к своему умственно-отсталому братишке…        


2 комментария:

  1. Я бы тоже не знала, как реагировать. Хотя сама в детстве жалела и водилась со всякими изгоями.И домой их водила, не без того. Хотя знала, что среди них есть мелкие воришки.

    ОтветитьУдалить
  2. да, это вопрос, способный спровоцировать нехилый внутренний конфликт. конфликт гуманиста и заботливой мамы.

    ОтветитьУдалить