среда, 23 марта 2011 г.

Проект: "Изменись -- и мир вокруг изменится"


Страх за детей мешает жить…

-- Вчера у сестры был день рождения, -- рассказывает Лиза,  -- выпила бокал вина, и больше не хотелось…
Так героиня пыталась убедиться, что с тягой к зеленому змию покончено. Способ, конечно, рискованный, но это придало ей сил и уверенности. Поэтому к психотерапевту Сергею Гудкову (на фото, сайт www.centrresheniy.ru/ ) Лиза обратилась с совсем другой проблемой.

--  Мне мешает жить беспокойство о детях… -- так ответила женщина на «коронный» вопрос психотерапевта «что хотите?», -- дурные мысли в виде ярких образов так и лезут в голову. Как от них избавиться?
У Лизы четверо детей. Среди них – приемная девочка.
-- Переживания за нее не столь колючие, -- честно призналась участница проекта. Однако, по ее словам,  четырнадцатилетняя падчерица интересуется исключительно мальчиками, что вызывает у Лизы беспокойство по поводу того, что она рискует превратиться в девушку легкого поведения. Здесь скорее гнетет чувство когда-то взятой на себя ответственности за сироту.
-- Подростковый период – это такое время, когда человек получает интенсивный опыт взаимоотношений с людьми, которые не входят в семью, -- говорит Сергей Гудков, -- это дружба, любовь, первая сигарета, выпивка, а порой что-то посерьезней. Они постоянно тестируют -- «взрослый я или нет?»
Задача родителей и тех, кто их заменяет, вовремя перестроиться и определить, где дать больше свободы, а где упрочить границы. По словам психотерапевта, то, что девочка встречается с мальчиками, это нормально. Лизе же надо объяснить ей, что можно, что нельзя, установить правила и строгие последствия их нарушения.
-- Если родители не могут установить границы, -- объясняет специалист, -- ребенок испытывает скрытую тревогу, поскольку чувствует себя в опасности: «Они не в состоянии меня ограничить, значит, у них не получится меня защитить».
Чтобы успокоиться, подросток постоянно проверяет рамки дозволенного, и если не найдет их в семье, рискует добиться этого в тюрьме, психбольнице или преступной группировке. Если родители действовали искусно, ребенок возьмет с собой эти границы во взрослую жизнь. Это поможет ему не попасть в беду, когда придет время вылететь из родного гнезда.
-- Мне бы не хотелось давить на своих детей и в чем-либо зажимать их, -- возражает Лиза.
-- Замечательно! – отвечает психотерапевт. -- Крайности тут опасны.
Сергей Гудков считает, что родители – это боксерская груша для подростков. На них ребята тренируются, отрабатывают навыки взаимодействия с людьми. Им важно научиться правильно конфликтовать, отстаивать свою позицию, а главное – говорить «нет». А где, как ни дома, можно безопасно это освоить? Не все родители правильно понимают важность данного процесса и порой ломают ребенка. Конечно, дите становится послушным, но из него вырастает человек, который не умеет отказывать. Ни маме, ни папе, ни плохому парню, ни наркоторговцу…          
Семнадцатилетний сын живет у бабушки, за него Лиза спокойна. Младший ребенок шести лет все время дома, поэтому страшные образы про него практически не возникают.
-- Больше всех я переживаю за двенадцатилетнюю дочь… -- выдыхает Лиза.
Она боится, что девочка попадет под машину, или старшая научит ее дурному, а вдруг, не дай Бог, изнасилуют или убют?..
Рассказывая об этом, Лиза посмотрела куда-то в верхний угол, словно там висела страшная картина, при виде которой она вся сжалась. Так психотерапевт помог ей понять, что беспокоится Лиза не за всех четверых, как ей казалось, а за одну…
-- Совсем убрать эти мысли не получится, -- утверждает Сергей Гудков, -- да это и не нужно, но есть хороший способ сделать так, чтобы они не мешали.
Психотерапевт дал Лизе задание. Завести дневник, в который она будет записывать свои страхи. Чтобы, едва почувствовав беспокойство, она записывала, во сколько оно возникло и сколько длилось, а также оценивала его интенсивность по трехбальной системе. На следующий сеанс через неделю она должна взять с собой эти записи.

ххх

-- Мы с сестрой открыли магазин, я совсем закрутилась, времени не было думать о плохом, -- отвечает Лиза на вопрос о задании, -- поэтому записей мало…
Оказалось, что прошедшую неделю страхи за детей возникали лишь один-два раза в день и были слабыми и мимолетными.
-- Я вначале вспоминала вас, -- с улыбкой обращается Лиза к Сергею Гудкову, -- и то, что надо делать задание, а уже потом начинала бояться.
-- Признаюсь, я не ожидал такого быстрого результата, -- отвечает доктор, -- но я рад за вас, хотя останавливаться на достигнутом пока рано.
Психотерапевт объяснил, что вести дневник очень полезно. Во-первых, это помогает определить, действительно ли проблема столь серьезная, какой она представляется клиенту. Во-вторых, сама необходимость этого действия принуждает нашу внутреннюю мудрость (которая не любит лишней работы) сопротивляться. Возможно, в случае с Лизой подсознание решило прекратить создавать все эти страхи, из-за которых появились дополнительные обязанности.
-- Продолжайте вести дневник, -- рекомендует специалист, -- а также подумайте, что ценного могло быть в этих ужасных мыслях, что хотелось бы оставить.
Это кажется невероятным, но когда есть проблема, она в чем-то помогает. К примеру, депрессия нужна для того, чтобы человек, наконец, посмотрел внутрь себя, а болезнь иногда -- единственный способ отдохнуть…
Чем помогали Лизе ее страхи, мы узнаем во время следующего приема.

Комментариев нет:

Отправить комментарий